Париж неожиданно оказался столицей европейского климатического риска. Во время нынешней волны жары именно французская столица демонстрирует самый высокий прогнозируемый рост смертности, связанной с высокой температурой, - более чем на 300%.
Южные города Европы традиционно считаются более жаркими, однако именно севернее Средиземноморья последствия экстремальной жары оказываются наиболее тяжёлыми. Причина не только в температуре воздуха, но и в том, что инфраструктура, жилой фонд и системы здравоохранения исторически строились для совсем другого климата. Старые каменные кварталы, слабое распространение кондиционирования и высокая доля пожилого населения превращают несколько дней экстремальной жары в серьёзный демографический риск.
Вообще, Европа постепенно сталкивается с проблемой, которую ещё недавно считали характерной для бедных стран: природные условия начинают определять экономику сильнее, чем политические решения. Производительность труда падает, расходы на здравоохранение растут, энергетическая система работает на пределе. По сути, климат постепенно становится новым видом инфраструктурного налога.
Нобелевский лауреат Уильям Нордхаус давно предупреждал, что климат - это прежде всего не только вопрос цены, но и скорости адаптации. Цена бездействия всегда оказывается выше. Но европейская модель долго исходила из предположения, что климат - величина почти постоянная. Теперь выясняется, что это была ещё одна иллюзия эпохи дешёвой энергии и стабильной погоды.
Так что главным вызовом сегодня становится уже не вопрос, верить ли в изменение климата, а насколько быстро государства и города смогут приспособиться к новой нормальности. Конкуренция XXI века будет идти не только за технологии и капитал, но и за пригодную для жизни среду. Города, способные переживать экстремальную жару, наводнения и перебои с энергоснабжением, получат преимущество не меньшее, чем города с низкими налогами или сильными университетами.
Отредактировано Мерлин (Сегодня 02:10:25)
